25 сентября 2009 г.

Радуга во двор

В такой, казалось бы, неказистый день — и нате вам, прямо к подъезду. Никогда не видел столь точной географической привязки того самого «конца радуги», дойти до которого, как известно, нельзя. Тем не менее, все ирландцы хранят там горшочек с золотом. Сходить что ли поискать?

На работу ходить стало ещё приятнее.

Впрочем, один-то раз наблюдал микрорадугу — в десяти буквально метрах, посреди голопузого детства у дровяного навеса на обкомовской даче. Ломанулся, конечно, теряя на бегу сандалики; хотя даже о самом существовании ирландцев в тот момент ещё не подозревал. Вблизи дров никакой радуги тогда не оказалось. Потом я вырос, радуга тоже, потерянные сандалики аукнулись ортопедическими стельками и никакой теперь беготни. Зато есть время всё рассмотреть. И вспомнить.

13 сентября 2009 г.

Перевязать и помянуть

Что кладут в пакеты, и так понятно. Потом это разливают в одноразовую посуду. Чтобы по дороге — на ухабах — случайно не раскрылась крышка, обматывают шпагатом. И скотчем по периметру, чтоб не протухло раньше времени. А уже после можно и венок возложить, и выгравировать что-нибудь, подобающее случаю.

Что там нынешним гипермаркетам! Комплексные услуги у народа, видимо, в крови. Попадают туда посредством жидкостей, употребляемых из одноразовой посуды.

Встречалось мне и ультимативно всеобъемлющее описание, недостижимая вершина сервиса. «Ремонт обуви. Педикюр».

По грибы, по ягоды

Вологодская ягода — это не только грибы подосиновики, но и кружево вкуса. Для полного комплекта не хватает только пакетиков с арбузными семечками. А что? Арбуз — тоже гриб ягода.

7 сентября 2009 г.

О Гринвуд Резорте замолвите слово


Да нет, никакая, в общем-то, не Анталья. Кемер — это точнее. Совсем точно — посёлок Гёйнюк. Ещё точнее, конечно, можно посмотреть на Гугле. Поэтому картинка, как говорится, просто для привлечения внимания.

«Путёвку» брали в Travel One — ура им. Туроператор, понятное дело, Tez Tour — ура им тоже. Про Аэрофлот Дон ничего говорить не буду, потому что чартер — он чартер и есть, нефиг выпендриваться: гадюшник с колёсиками. А в тезтуровских автобусах столики откидываются и кондиционеры кондиционерят. Ну да ладно, у нас тут не транспортное обозрение. Добрались до места — и хорошо.




Просмотреть увеличенную карту

Понятно, что я читал отзывы. Количество негатива в рассказах о Гринвуде таково, что местами выплёскивается из-под крышки. Мол, и турок с семьями много. И развлечений никаких. И немцы одни кругом. И отдых испорчен. И всякое такое. Ничего не поделаешь, пришлось поддаться общественному мнению: раз пишут такое — надо ехать!

Побочный эффект. Часть шестая


— Знаешь, как называется это место? — спросил Филадельфию Жила.

— Э-э. Припять?

— Это — Мост Смерти. В восемьдесят шестом они стояли тут, и смотрели, как горит четвёртый энергоблок. И ничего не знали... Пойдём максимально быстро. Он до сих пор светится...

Они почти бежали. Жила на ходу швырял перед собой болты. Когда они были на середине моста, откуда-то из-за его спины завыл неизвестный сигнал. Шестым чувством сталкер понял, что напуганный звуком алхимик собирается остановиться. Не оборачиваясь, он заорал: «Бегом!» и рванул вперёд.

На том берегу они наконец отдышались.

— Что... это... было? — прохрипел Филадельфия.

Жила догадался, что было источником звука, ещё когда они бежали. Наверняка это какой-то сигнал монолитовцев. Он достал чужой КПК. Так и есть: «Отмена операции. Общий сбор. Во время следования к базе в бои не вступать».

Это означало, что сейчас сюда сбегутся монолитовцы со всей Зоны. Голодные, трезвые и злые. Тем лучше! Жила сунул КПК под нос алхимику:

— Прочитал? Усёк? Тогда вперёд!

— Мы что же, к ним идём?

— К ним, да не совсем.

6 сентября 2009 г.

Побочный эффект. Часть пятая


Он ухватился за борт самыми кончиками пальцев. Лодка снова ударилась об опору, чиркнула металлом о бетон, накренившись под весом сталкера. Тут же с берега ударил луч света — Арчи включил свой прожектор:

— Чисто! Никого. Давай, греби к берегу.

— Легко сказать...

Взявшись за борт двумя руками — как за спасательный круг, — Жила принялся за работу. Как учили в детстве, когда нужно было держаться за пенопластовую доску и колотить ногами по воде, чтобы двигаться вперёд. Только теперь он тянул тяжёлое судно на себя. Тяжёлые сталкерские ботинки, оказывается, неплохо загребают воду. Меньше чем через минуту он снова почувствовал под ногами дно:

— Эх, бурлаки на Припяти!

5 сентября 2009 г.

Побочный эффект. Часть четвёртая

— Ну вставай, герой-спасатель! — весело прозвучал в наушнике голос «зомбированного». — Уж прости за маскарад, но иначе ты бы и говорить со мной не стал.

Он перебросил ствол за плечо. Проглот успел заметить, что это — «Лавина», серьёзная спецназовская машинка.

— А с чего я теперь-то с тобой разговаривать буду?

— С того, что мы вместе пойдём в посёлок, и я лично убежусь, что ты передал «горбушку» Старику лично в руки.

Проглот провёл в Зоне достаточно времени, чтобы ничему не удивляться. Или, по крайней мере, не показывать своего удивления. Ну, а чтобы понять, что здесь не нужно болтать лишнего, достаточно и нескольких минут. Поэтому о местонахождении артефакта сталкер умолчал.

Действительно, должно же и у него оставаться какое-то тайное знание! Раз уж у них тут всё так секретно, и при этом все, кроме Проглота, знают о деле больше, чем он — главный исполнитель, тогда он оставляет за собой право никому и ничего не докладывать. А то вон какой «знаток» артефактов выискался — уже и название ему известно! Ну, ладно — пусть будет «горбушка». Тем более, что мысленно он и сам её так называл.

4 сентября 2009 г.

Побочный эффект. Часть третья


Тревожно запищала военная рация. Это была персональная связь коменданта с начальством. Плата за высокий пост. Хотя, по официальной же версии, никакого поста он не хотел и ничего за него не платил. Рацию привезли вместе со шлагбаумом и табличкой. Почти такая же была и у алхимиков — по ней они общались с коллегами с «Янтаря». Но только в рации Старика был включен особый диапазон.

Сам он никогда вызовом не пользовался, и с момента установления «официальной власти» попросил только об одном: чтобы отношение этой власти ко всем жителям посёлка было таким же, как к военным сталкерам — уважительно-боязливым. Ему пошли навстречу: по блок-постам спустили указание: владельцев КПК с такими-то метками проверять по минимуму, а при необходимости оказывать огневую помощь.

Но с тех пор сигнал вызова означал для Старика в основном неприятности. Предупреждали о предстоящих выбросах (дублируя сообщения учёных), сообщали о перемещениях крупных стай мутантов в районе посёлка, один раз подняли по тревоге всех свободных сталкеров — на ликвидацию какой-то очень отчаянной банды. Наверное, это был единственный случай в истории посёлка, когда его сталкеров поддерживала боевая авиация. В той операции погибли три сталкера. Отношение действительно было, как к военным: погибшие получили похороны на Большой Земле за счёт государства. Правда, никто не уточнял, какого именно.

Вот и сейчас комендант не ждал от начальства ничего хорошего. Подобные ситуации он называл «вспышкой сверху» — когда нельзя «лечь ногами по направлению к взрыву». Лучше просто сразу закопаться в землю. Но это — в мечтах. А сейчас пришлось ответить.

3 сентября 2009 г.

Побочный эффект. Часть вторая


Винт вошёл к Старику без стука. Комендант никогда особо не беспокоился по поводу показной субординации; все в посёлке и так знали, что последнее слово всё равно остаётся за ним. И сказать это слово может не сам Старик, а его оружие. Старику было достаточно всеобщего понимания этого факта, поэтому на такие мелочи, как разрешение войти, можно было не обращать внимания. Тем более, что дело было безотлагательным.

— Бандиты вокруг посёлка. Похоже на оцепление, будто ищут что-то. Три отряда видел. Близко не подходят, но... Не нравится мне всё это.

— Ещё бы, — проворчал Старик. — Думаю, им самим-то это не нравится.

— Может, они за Проглотом? Если за нашим охота, так мы их сразу!

— Погоди. Навоюешься ещё. Вот лучше скажи, что ещё видел?

— Да ничего толком. Зверья ведь ещё полно в округе. Мутантов, в смысле. Третий-то отряд бандюков как раз от слепых псов отбивался. Да уж не стал я им помогать. Псам в смысле. Пусть сами себя на ноль множат.

— Это ты верно сделал. Нам свой интерес сейчас светить ни к чему.

— А что, — сразу же насторожился Винт, — у нас всё-таки есть особый интерес?

1 сентября 2009 г.

Побочный эффект. Часть первая

Старик резко задвинул ящик стола.

— Так не пойдёт! И точка. Ступай, нечего здесь...

Он был какой-то злой, непонятно на кого. Будто вспомнил что-то очень неприятное. Старый стол чуть было не развалился от удара, зазвенела треснутым стеклом рамка со чёрно-белой фотографией. Таким движением загоняют в автомат последний магазин. Так, наверное, палачи дёргают рычаг, и под приговорённым открывается бездонный люк. Вот и сейчас для Жилы этот отказ — тоже приговор. Не идти он не мог.

Комендант посёлка — должность непонятная, непривычная по самой своей сути. И название какое-то военно-лагерное, и служба вроде как государственная. А значит, вот ещё две дополнительные причины, чтобы такому человеку не доверять. Дополнительные — потому, что в Зоне и так никому верить нельзя. По крайней мере, Жила не верил. Но к коменданту, как и все в посёлке, относился с уважением.

Его всегда так и называли — Старик. Жила точно не знал, был ли комендант действительно старейшим жителем посёлка — как по возрасту, так и по давности проживания. Но говорили, что Старик приехал сюда весной восемьдесят шестого — всего за несколько недель или даже дней До... И что сразу же После наотрез отказался эвакуироваться. Что ж, первое время никого и не заставляли. А когда взялись за дело всерьёз, у Старика уже нашлись такие аргументы, что от него отстали почти на четверть века. Сколько правды было в этой истории, оставалось лишь гадать.