Мыши в погребе

И ведь нельзя просто так налить самогона во флягу.

Надо непременно спуститься под своды: чтоб сверху гладкий блестящий кирпич, чтоб копоть свечи, чтоб мыши врассыпную — сначала в панике, а потом упорядоченно ворчали бы за спиной. В погребах пусть будет холодно. Входишь туда, как в ледяную воду: на первой ступеньке — по щиколотку, а через три шага уже сжимается всё, что пониже спины (и спереди тоже). Набрать побольше тёплого воздуха — и вперёд вниз. Мыши выжидаючи смотрят.

А уж там — в лабиринт дощатых отсеков и неподписанных дверей. Вечная испарина замка, хрустящий ключ, скрип заноз. Ещё более тернистый путь в самый дальний угол, мимо одинаково прелых, но пока разноцветных ещё слоёв прошлого. Давно бы всё это выкинуть, да жалко: вдруг когда пригодится. Вон, к бутылке же ходишь. Так то — бутылка...

Бутылка должна быть неотвратимо пыльная, хотя только недавно отмечался на ней пальцем очередной уровень, на полглотка лишь выше нынешнего. И думаешь, что надо бы дату рядом подписать. Но с точностью до дня подписывать стыдно, ставить только месяц — пошло, а год — и вовсе ни в какие ворота. Кроме как по мышам, получается, и не определишь. А они на подобные вопросы только со смеху покатываются, да слёзы вытирают чужими хвостами. Приглядишься — ни одной ведь знакомой рожи. Все другие, никого с прошлого раза не осталось.

И тут память, наконец, срабатывает: в прошлый раз ты был здесь лет тридцать назад, предыдущую метку (ну ведь на глоток же выше, не больше!) ставил твой дед, а сколько поколений мышей ходило подышать из-под неплотно закрытой тогда пробки — им и самим-то не сосчитать.

Напротив своей риски, прямо под дедовой, нужно нарисовать в пыли первую из трёх букву — X. Вздохнуть, подумать, нарисовать ещё такую же. И палочку в конце. Двадцать первый век, выходит, достался. Там, на бутылке, места ещё полно. Особенно, если будут нормальными цифрами писать, не выпендриваться.

Отольёшь себе, сколько надо. А наверху уже солнышко, тает всё, главное — не поскользнуться и не расплескать по глупости. И, кажется, никакая это не память, и давно уж нет ни подвала, ни деда, а бутылки и вовсе не было никогда, и выдумал ты всё. А что мыши в погребе хохочут — так им лишь бы повод был.

Ты только пробку не закрывай до конца.

Как варить рыбу в микроволновке

Человек не предназначен для поедания рыбы. Это противоестественно. Хотя бы потому, что в природе они друг с другом встречаются крайне редко. А если и встречаются, то лишь при крайне трагичных для одной из сторон обстоятельствах. Несколько примеров.
 

При встрече человека и рыбы где-нибудь на Амазонке действительно происходит поедание. Но не то, которого хотелось бы человеку. При дожде из рыб будет не рада уже сама рыба. Внимательный читатель заметит, что рыбные дожди прекратились одновременно с деятельностью Святой Инквизиции. (О взаимосвязи этих прекращений поговорим как-нибудь в другой раз). Во всех остальных случаях нахождение рядом с человеком любого количества рыбы означает, что человек либо мёртв, либо готовится. Эта идея выражается в традициях многих народов — например, итальянского. Скептики возразят: в природных условиях с рыбой прекрасно встречается медведь. Но эта идея не выдерживает критики: вы когда-нибудь ели сырую рыбу в костюме мокрого медведя? А что думает об этом рыба?

На секунду оглянуться

И да. Вокруг — прекрасный мир. С тем самым первым утренним снежком. С хрустящим на траве инеем, с паром от крыши — когда только-только прорезается над лесом солнце. С заторможенной лягушкой, упаковавшейся уже на зиму под кусок рубероида и неспособной осознать своего оттуда изгнания. Иногда мир состоит из полосы асфальта среди золотого леса: едешь неспешно, а с одного плеча один ангел шепчет — скорее бы приехать да затопить печку, а с другого плеча другой ангел мечтает, как было бы здорово — ехать так, ехать бесконечно и никуда не приезжать. Но ты всё равно приезжаешь, и к тому моменту, когда топится печка, ангелы прекращают спорить, потому что спорить уже не о чем, а им, оказывается, срочно нужно выпить. Тут уж их лучше не отвлекать.

О продающих текстах

Время от времени меня спрашивают, знаю ли я, что такое «продающие тексты». Предвижу аналогичную волну вопросов о контент-маркетинге. Раньше я просто отвечал каждому то, что он хотел услышать. Но проституция психология рано или поздно надоедает. Когда это случается, приходит пора сформулировать раз и навсегда. Итак, готовьтесь. Будет больно.

Как развлечься в лифте

Как известно, лифт бережёт наше здоровье. По крайней мере, так было написано в одном из них. Что-то, конечно, он бережёт. Может, даже здоровье.  Психическое. Бережёт, как может. Лифтовый чат — это хорошо:

Если лифт застрянет, чат станет дневником запертого. Ведь помощи ждать можно долго. Лифт подсказывает: до 24 часов!

Ну да. 20 секунд звоним, ждём 24 часа, с нами заговорит силуэт. Ответы пишем в чате. Главное при этом — ничего не нажимать.

Кстати. Никогда не застревал в лифте. Считаю, что кнопка открывания дверей должна быть самой большой и яркой. А её вечно запихивают не пойми куда. В бизнес-центрах в кнопках должны быть прорези для монет. Бросаешь монетку в кнопку нужного этажа  — и лифт едет туда экспрессом, не останавливаясь на неоплаченных этажах. А дальше начинается аукцион.

В лифтах надо наблюдать и думать.